 Новые одесситы
 Новые фотографии
Всего фотографий: 2472
|
|
Мадагаскарская пальма
(не кактус)
Эта пальма растёт и в пустыне,и на каменистой,а также в домашних условиях.
Вырастает до 3х с половиной метров и цветёт белыми красивыми и приятно пахнущими цветами...
Автор: Мария Александер
Комментариев: 0
|
|
|
|
|
 Одесские форумы
Форумы портала Глобус Одессы
/
Глобус Одессы - Odessa Globe
/
Политика - Politics
/
УКРАИНА БЕЗ КУЧМЫ: Читая «Записки президента…» Леонида Кучмы - критические размышления
[в закладки]
|
|
|
20 сентября 2007 23:13
|
УКРАИНА БЕЗ КУЧМЫ: Читая «Записки президента…» Леонида Кучмы - критические размышления
|
|
"Левые, реформы и демократия: критические размышления над идеологией «Записок Президента»
Читая «Записки президента…» Леонида Кучмы, независимо от политических симпатий читателя, можно без какой-либо излишней комплиментарности сказать, что это, несомненно, самое глубокое произведение в таком жанре в новейшей истории Украины. Лучшим подтверждением такой оценки служит реакция невольных персонажей, которая изредка просачивается в эфир. В частности, тот же Виктор Ющенко, по старой номенклатурной привычке, столкнувшись во время общения с журналистами с каким-то пассажем из «Записок», отреагировал весьма уязвлено. Александр Мороз, вероятно и открещиваться не станет от собственных характеристик, ведь, судя по формулировкам Леонида Кучмы, у Мороза – полярное видение всех описываемых процессов. Любопытно было бы знать отношение Владимира Литвина – на страницах книги он предстает как некий «не вовремя самостоятельный» игрок. Однако, все это частности. В этой статье хотелось бы поговорить несколько о другом.
Не нужно забывать, что оценки и интерпретации идей, событий и процессов новейшей истории, содержащиеся в книге – являются субъективными, пусть и хорошо аргументированными, в ряде случаев, и проиллюстрированными красноречивыми примерами. Это точка зрения Леонида Кучмы. А точку зрения, в большинстве случаев, определяет, несомненно, положение относительно других действующих лиц, уровень контроля над политическими процессами (в данном случае), желания, стремления, планы. Конечно, с вопросами, которые неминуемо возникают из самого факта принятия субъективности как данность, можно весело и сплеча покончить одним универсальным способом, заявив, что пусть другие тоже пишут мемуары и подобные произведения! Будем сравнивать, анализировать, рисовать объективный фоторобот тех или иных личностей, событий и процессов – так, как это делают в диссертациях ответственные ученые. Вероятно, другие бывшие и нынешние игроки таки пишут мемуары, хотя те из них, которые попадались автору, по сравнению с книгами Кучмы невыразимо скучны. Диссертации, естественно, тоже защищаются – но им не удается избежать конъюнктурности – отечественное обществоведение у нас все еще слишком отсталое.
Однако, в этой статье нас интересуют всего два взаимосвязанных аспекта «Записок…», которые, впрочем, интегрально важны для ткани произведения и проходят сквозь него красной нитью. Это нескрываемая антипатия к левым идеям, левой политике, левым партиям и левым лидерам – и в этой связи, убеждение, что власть, так или иначе, должна находиться в руках прагматиков, а не популистов, по меньшей мере, если речь идет о стране развивающейся. Лично автор считает эти предпосылки противоречивыми.
СССР и левые – что же здесь общего?
Безусловно, Леонид Кучма имеет право на свои симпатии и антипатии, как и каждый из сограждан. Однако, здесь есть некое базовое противоречие, которое не может не обратить на себя внимание. Разве актуальны в аспекте якобы поражения социализма – отсылки к советскому прошлому? Возможно, для тех, кто продолжает считать, что советский строй во всех его трансформациях и был продуктом, целью или следствием Октябрьской революции или международного марксистского движения вообще, такой вопрос и прозвучал необычно. Но для тех, кто интересуется как марксистской, классической и современной литературой, так и политической и экономической литературой либеральной традиции, никакой необычности в такой постановке вопроса уже нет. Позволим себе одну длинную цитату из восьмидесятых годов – с некоторыми сокращениями:
«…сам Карл Маркс...характеризовал дешевизну содержания рабочей силы не как благодеяние для трудящегося, а как метод усиления его эксплуатации. В самом деле: разве потребительские товары в Советском Союзе дешевы? Нет. Весьма скаредные финансовые ведомства на Западе при определении сумм начисляемых командировочных денег справедливо отнесли СССР в разряд стран с наиболее высокой стоимостью жизни. Нет, в СССР дешевы не товары народного потребления, а товар "рабочая сила", потребляемый номенклатурой. Верно, что в СССР квартплата низка. Но неправильно было бы из этого делать вывод, что обычный советский гражданин имеет, как многие на Западе, квартиру размером 100 кв. метров, только платит за нее гроши. В СССР установлен максимум в 9-12 кв. метров на человека, жилплощадь сверх этого максимума оплачивается втройне. Специально оговорено, что жилплощадь предоставляется не в соответствии с этой нормой, а сплошь и рядом ниже нее.
Верно, что в СССР дешев городской транспорт. Но зато автомашины объявлены предметом роскоши. Автомашина "Волга" стоит 16 000 рублей, а сопоставимый с ней "Фольксваген-Гольф" - 18 000 немецких марок. Значит, рабочий или служащий в ФРГ (их средний заработок 3 500 марок) может купить такую машину на свою зарплату менее чем за 5,5 месяца, а советский трудящийся - более чем за 5 лет работы. Так как люди не хотят есть макароны с хлебом и заедать картошкой, примерно 80% бюджета рядовой советской семьи уходит на продовольствие. В ФРГ человек тратит на питание 20- 25% своей зарплаты… Все материальные блага в СССР производятся трудящимися и только ими. Номенклатура, через свою государственную машину эти блага лишь распределяет, и смысл распределения в том, что класс номенклатуры отваливает львиную долю на свои потребности…» (Восленский, Михаил. Номенклатура – правящий класс Советского Союза. Впервые книга издана в Германии в 1980 г.).
Михаил Восленский – не одиозный Суворов-Резун – а настоящий доктор исторических и философских наук, советский госслужащий весьма высокого ранга. После войны он работал на Нюрнбергском процессе, затем в Союзном контрольном совете по Германии (в Берлине), во Всемирном Совете Мира (в Праге и Вене), в 1955-1972 гг.-- в АН СССР старшим научным сотрудником, ученым секретарем комиссии по разоружению. С 1972 - в ФРГ. В 1976 году Восленский был лишен советского гражданства, а в августе 1990 года восстановлен в нем – реабилитирован. Восленский, по сути, наиболее фундаментально доказал, что СССР не имеет ничего общего, да и не мог иметь, в силу особенностей экономического развития Российской Империи, с европейскими социалистическими идеями. А в целом все поколение советских шестидесятников, интеллектуальная оппозиция – породила массу аналитической литературы, содержащей свидетельства такого рода. Обвинять левых и марксистское учение в упадке, нищете, слабоумии, коррумпированности и лицемерии высшего руководства СССР, приведших к самоликвидации государства – несправедливо и ненаучно. А ведь есть еще классический труд польского диссидента Анджея Валицкого «Марксизм и прыжок в царство свободы…».
В общем, бесконечные ссылки на грезящих все отобрать, поделить, вернуть назад левых «популистов», которые довели до ручки СССР, и ничего до сих пор не поняли – далеки от объективности. В конце-то концов, в аспекте персоналий, те, кто председательствовал на «процессе капитуляции» того государства – преимущественно являются сегодня крупными буржуа, не правда ли? А была ли разгромлена при этом реформами 90-х годов захватившая власть и паразитировавшая десятилетиями номенклатура? Может быть, ее сменили богачи, как в ходе промышленной революции в Европе они сменили военное дворянство? Да, нет, не совсем – правящий класс СССР преимущественно просто переродился в крупную постсоветскую буржуазию, кооптировав при этом часть криминалитета и часть просто оборотистых молодых людей, вовремя предложивших свои услуги. Но причем тут социализм, левые партии, Карл Маркс, да и Ленин, в общем-то, нашедший в себе силу отступить от самодельных догм именно русского левого движения?
В этой связи можно также вспомнить о классическом и пророческом первом произведении Ленина – «Развитие капитализма в России». Из него можно сделать лишь тот вывод, что, вопреки мотивам автора, капитализм в России был еще столь неразвит, что никак не мог послужить локомотивом для марксистской революции, о чем, собственно, задолго до этого писал и Карл Маркс. Кстати, как впоследствии оказалось, советские ответственные идеологи, также десятилетиями не выдававшие никаких марксистских идей, в то время как на Западе марксизм творчески развивался – подчистили, адаптировали произведения Маркса для советского читателя. Убрали из них, в частности, упоминания об «азиатском способе производства», который, по мнению некоторых исследователей (например, Милована Джиласа), по сути, и был реинкарнирован сталинистским режимом в СССР после разгрома в начале тридцатых годов левой (космополитической) и правой (пробуржуазной) оппозиции. В 70-х годах за изучение Маркса даже в открытых источниках могли посадить в тюрьму
Левые, реформы и демократия
В свое время, а именно после того, как стали очевидны кампании террора в сталинском СССР, от советского пути открестилась, в частности, итальянская компартия. Ну, и что же? Она до сих пор является одной из доминирующих партий Италии, с многомиллионным членством, без нее невозможна никакая левая коалиция. А премьер Испании, скорее товарищ, чем «господин» Запатеро – из славной династии левых политических деятелей, боровшихся против фашистского режима. К нынешнему благоденствию эти страны, ставшей приютом для сотен тысяч и миллионов не выдержавших реформ украинцев – вели и левые правительства. А чьих рук дело европейская интеграция? Де Голля, Тэтчер, что ли? Их бы воля – ЕС бы уже не было. Польшу в ЕС привели эсдеки – симптоматично, что нынешняя Польша, руководимая правыми экстремистами, стала больным человеком Европы…Ради объективности отметим, что в одной из глав Леонид Кучма замечает – эх, были бы у нас такие эсдеки, как в европейских странах! В общем, местные левые – неправильные, популисты, отставшие от времени люди, чуть было не угробившие Украину несколько раз подряд, и если бы не рука Провидения…ну, или решительность главы государства, то стоять нам в очередях за одинаковыми серыми робами, выдаваемыми по карточкам с личной росписью членов ЦК во главе с «антирыночным демоном» Морозом.
Это утрирование приведено с целью рельефной демонстрации того, как, скажем так, озабоченность некими высшими целями (такими, как вынесенная в приоритет необходимость реформ) приводит сначала к тому, что политик не мыслит себя в отрыве от государственной власти, как института, а впоследствии – к демонизации политических оппонентов. Наконец, все это выражается представлением о моменте сложения полномочий, как о политическом землетрясении, разрушающем все построенное за длительный период времени. Частично Леониду Кучме удалось избежать этого синдрома – в 2004 году он иронизировал, говоря «Я хочу посмотреть на Украину без Кучмы», а после событий компромиссно констатировал, что оппозиция победила, вот и все, что, собственно, произошло. Но в книге проявления вышеописанного синдрома достаточно красноречивы. На взгляд автора, если отбросить разнообразную суету политической и экономической конкуренции 90-х, то проведение рыночных реформ сверху, с помощью государственной машины было столь же ошибочным, как и попытка построения социально равноправного общества с помощью той же государственной машины – причем той весьма специфической машины, которая столетиями правила народами востока Европы и севера Азии…
В 90-х годах популисты приходили к власти в Болгарии и Румынии, в несколько иной форме – в Словакии. Да, был крах иллюзий – попытка просто вернуть государственный контроль над экономикой могла привести только к коллапсу. Но реальность всегда требует преобразований – благополучные страны тоже перманентно что-то реформируют, и часто неудачно, ту же железную дорогу в Германии пытались сделать прибыльной дюжину раз, прежде чем она такой стала. Но важно другое. Итак, левые пришли к власти, последовал кризис, избиратель набил шишку, избранники тоже. Пришлось адаптироваться, меняться, умнеть, учиться новым правилам игры, разрабатываемым уже с учетом глобализации экономических отношений, например. Это демократия. И впутывать ее в пакет с рыночными реформами, вообще любой экономической политикой – не только излишне, но и ведет к дефициту доверия общества к власти, который в эпоху правления Леонида Кучмы стал патологическим. Разумеется, в нашей реальности очень тяжело разграничить демократизацию и рыночные реформы, хотя бы их обсуждение – они вынужденно проводились синхронно. Откровенно говоря, мы примитивно импортировали их из западного мира, и к сожалению – в пакете. Так решил, вероятно, Михаил Горбачев и его окружение. И что мы теперь имеем? Может быть, хотя бы латиноамериканскую банановую республику? Если бы…
Ради чего же сдерживали левых?
Как писал в культовом романе «Поколение П» Виктор Пелевин – непонятно, зачем было разрушать империю зла, чтобы построить на ее месте банановую республику зла, которая импортирует бананы из Финляндии. Итак, после многих лет реформ, вместо слагающих пресловутое гражданское общество общественных организаций – имеем наемных политических провокаторов. Общественного телевидения как не было, так и нет, собственники каналов настолько оскорбительно манипулируют общественным мнением, что это чуждо любому государству из числа наших соседей – даже наше единственное на этом поприще завоевание, плюрализм 2004-06 гг., начал куда-то исчезать. Вместо партий – социокультурные группировки, вроде ирландских католиков и протестантов. На примере «Яблока» феномен постсоветских партий в относительно свободных странах весьма убедительно разъясняет Сергей Черняховский в исследовании «Яблоко» и его системные роли». Так что в этом смысле, несмотря на современную риторику и антураж, мы находимся на уровне, в лучшем случае, Англии 17-го века.
Вместо парламента – совет крупных держателей акций, вместо правительства – совет директоров производственного объекта под названием Украина, распределитель преференций для перерождавшегося трижды на протяжении двадцатого века феодального класса, мимикрирующего теперь под западную буржуазию. Только не одной они крови – чем они-то рисковали, получая от родича или начальника жирный кусок преференций или собственности на кормление? Особенно ничем. На троне – слабый, и поэтому наиболее подходящий, «немножко правящий» монарх, вроде Бориса Годунова или Василия Шуйского в смутные времена. Огромный вес при дворе имеют не только бояре-олигархи, но и иностранцы, рассматривающие Украину как полуварварское образование, прилегающее к их границам. Сгущение красок? Никак нет – цивилизованное общество определяется по размеру пространства свободы каждого его участника. С элитой – понятно, она в той или иной форме владеет всем коммерческим недвижимым имуществом и другими активами, а тем, что формально не приватизировано – владеет через приватизированное государство. А что имеет народ в нашей стране? Что же он получил от реформ? Свободу, естественно. Только немного специфическую, как и само наше государство.
Украинцы – очень свободные люди. Они свободно платят монополисту за безумно дорогие и некачественные коммунальные услуги. Они свободно существуют в теневой экономике – поскольку создана ненормальная система налогообложения заработной платы. Они свободно платят огромные суммы взяток, чтобы дети отучились пять лет в вузе – всегда поражает то ли наивность, то ли какая-то извращенность наших чиновников, которые говорят «раз нет сигналов – нет и коррупции». Коррупция – давно мера вещей, это и не коррупция даже, а просто реальная стоимость образования. Причем – это очень высокая стоимость очень плохого образования, потому что в вузах теперь преподают преимущественно мракобесы, заражающие молодые умы нацистскими взглядами. Да и просто во многом некомпетентные господа, не нашедшие себе никакой работы, кроме этой. Про здравоохранение не будем – каждый знает, что если нет хороших знакомых или «деловых партнеров», связанных с местной системой здравоохранения, то…лучше дома лежать. Это тоже, по сути, не коррупция – просто вот столько все стоит, и точка. Опять же – очень дорогая плата за сякую-такую медицинскую помощь. Правоохранительные органы в Украине – это опричнина, правда, более продвинутая чем при Грозном, она у нас опричнина рыночная. И подслушают кого угодно за деньги, и подставят, да просто побьют-попугают. Такая, в общем, братия – как наемные армии в Европе 17-го века.
Так что все это мельтешение на уровне телевизионной политики, все эти лозунги, прения, инициативы, программы реформ, уличения в стодолларовой взятке, 51% госзаказа в образовании и т.д. – все это профанация. У совершеннолетнего украинца низкого и даже среднего достатка – перед глазами пять углов: стать бандитом (правда, старо, теперь стреляют у нас больше судебными решениями, слава Богу); вором (в самых разных формах в воров «реформы» превратили всех граждан Украины, увы – но есть продвинутые методы, воровство «в промышленных масштабах»); все больше и больше работать и гробить здоровье; уехать на заработки; умереть. Аналогия – опять же Европа 17-го века. Произвол сеньоров (у нас они убивают людей на дорогах, и ничего им за это никогда не бывает), а от обдирания на каждом шагу ремесленники, крестьяне и торговые люди спасаются в «тени» или эмигрируют в манящую малозаселенную Америку, полную сказочных богатств…У нас сегодня – в ЕС. И в Россию, где, несмотря на ряд моментов, хотя бы есть порядок, и начался процесс восстановления национального достоинства.
Старую имперскую инфраструктуру украинские «ясновельможности» уже добивают – столько аварий на железной дороге все-таки раньше не было…К этой инфраструктуре относится и наука, и образование, и военная промышленность. Но зачем это все правящему классу феодалов, занявших свое место в мировой иерархии благодаря «нажитому нетрудовым путем», авторитарному управлению рассыпавшимся народом, и регулярно обновляемому в Вашингтоне, столице самой сильной нынешней империи, «ярлыку на царство»? Ведь мы экспортируем на мировой рынок в лучшем случае полуфабрикат. Сырье и продовольствие считать не будем – это слегка смешно в 21 веке, слишком уж много на этом сегменте стран толкается.
Поэтому интересна Украина пока что лишь своим транзитом, возможностью выхода на соседний российский рынок и наоборот, освоением многомиллиардного потока гастарбайтерских денег (из-за чего так быстро и развивается современный торговый сектор!). И, естественно, своим военно-стратегическим значением. Вот за что и воюют на нашей территории старые и молодые империи, шпыняя туда-сюда туземных феодалов, разрешая им за это мнить себя кем-то чуть больше чем разбойниками в первом поколении…Вот где мы есть в 2007 году от Р.Х., на шестнадцатом году независимости.
Эпилог
Виноват ли в этом Кучма – автор остроумных и глубоких «Записок», осуждающий популистов и противопоставляющий им «крепкого хозяйственника» и таким образом отказывающий в доверии демократии? Вопрос сложный. Президентская республика при Кучме начала эволюционировать в сторону парламентаризма параллельно возрастанию роли крупной буржуазии, начавшей потихоньку отрываться от феодальных родственников-бюрократов, но продолжающей управлять своим бизнесом и системами влияния, которые вокруг него складываются - феодальными методами. Распад СССР снес лишь краешек верхушки того айсберга, который довлел и довлеет над огромными территориями и народными массами – реальной власти номенклатурного класса, при монархии бывшего военным дворянством, а при Грозном - опричниной. Чем бы ни была советская модель – но уж точно не социализмом – кризис в ней начался еще в конце 60-х, и Кучма здесь точно не причем.
Леонид Кучма стал первым постсоветским политиком, выигравшим выборы против действовавшей власти, участвовавшей в выборах. Сам этот факт предвосхитил, пусть со скрипом, гигантской инерцией, катастрофическим тормозным путем, но развитие Украины в сторону капитализма и демократии. Однако, это не только чрезвычайно хрупкий, но и двойственный факт, чему свидетельством – президентские выборы 99 года. Капитализм и диктатура в мировой истории оказались совместимыми на протяжении долгих периодов времени. На протяжении президентства Кучмы реальной властью, как бы он не отрицал это в «Записках…» обладал все же именно он. Это давало ему возможность, по сути, игнорировать результаты парламентских выборов, неизменно отдававших пальму первенства оппозиции. Да, ее приход к власти остановил или разрушил бы политику реформ, что и произошло в 2005 году. Но многие посткоммунистические страны прошли через этот опыт – и сегодня выглядят гораздо здоровее, нежели Украина.
На основе украинского опыта можно составить тот вывод, что демократия, во-первых, все же важнее экономической политики, а во-вторых – если столько лет не отдавать власти левым, «распределителям» накопленного, то впоследствии прорвет так, что мало не покажется, что и произошло зимой 2004 года и воплотилось в политике правительства Тимошенко. Так что в этом отношении Леонид Кучма, думается, сделал ошибку. Создать демократию сверху невозможно, демократия предполагает покорность воле народа.
Наконец, капитализм и нищета, неграмотность, аморальность, периферийность общества и государства на мировой арене – вполне совместимы на Украине на протяжении целых веков. Хотим ли мы этого? Должны ли мы смириться с этим? Не без участия Леонида Кучмы появившийся на украинской политической и экономической арене реальный средний класс (мелкие собственники, а не наемные «менеджеры по продажам»), узнавший, что такое цивилизованный, социал-демократический по своей сути и форме европейский капитализм украинский гастарбайтер – уже достаточно четко осознают свои интересы. Правда, не всегда умеют их четко артикулировать, идут на поводу у нечистоплотных политических авантюристов, которыми засорена наша политическая жизнь. Но начало конца эпохи феодального и полуфеодального засилья – не за горами. И если мы перестанем бороться с ветряными мельницами, вроде «советского прошлого» или «неготового народа» то у нас может появиться шанс все же не остаться в третьем мире навсегда." "Левые, реформы и демократия: критические размышления над идеологией «Записок Президента» Читая «Записки президента…» Леонида Кучмы, независимо от политических симпатий читателя, можно без какой-либо излишней комплиментарности сказать, что это, несомненно, самое глубокое произведение в таком жанре в новейшей истории Украины. Лучшим подтверждением такой оценки служит реакция невольных персонажей, которая изредка просачивается в эфир. В частности, тот же Виктор Ющенко, по старой номенклатурной привычке, столкнувшись во время общения с журналистами с каким-то пассажем из «Записок», отреагировал весьма уязвлено. Александр Мороз, вероятно и открещиваться не станет от собственных характеристик, ведь, судя по формулировкам Леонида Кучмы, у Мороза – полярное видение всех описываемых процессов. Любопытно было бы знать отношение Владимира Литвина – на страницах книги он предстает как некий «не вовремя самостоятельный» игрок. Однако, все это частности. В этой статье хотелось бы поговорить несколько о другом. Не нужно забывать, что оценки и интерпретации идей, событий и процессов новейшей истории, содержащиеся в книге – являются субъективными, пусть и хорошо аргументированными, в ряде случаев, и проиллюстрированными красноречивыми примерами. Это точка зрения Леонида Кучмы. А точку зрения, в большинстве случаев, определяет, несомненно, положение относительно других действующих лиц, уровень контроля над политическими процессами (в данном случае), желания, стремления, планы. Конечно, с вопросами, которые неминуемо возникают из самого факта принятия субъективности как данность, можно весело и сплеча покончить одним универсальным способом, заявив, что пусть другие тоже пишут мемуары и подобные произведения! Будем сравнивать, анализировать, рисовать объективный фоторобот тех или иных личностей, событий и процессов – так, как это делают в диссертациях ответственные ученые. Вероятно, другие бывшие и нынешние игроки таки пишут мемуары, хотя те из них, которые попадались автору, по сравнению с книгами Кучмы невыразимо скучны. Диссертации, естественно, тоже защищаются – но им не удается избежать конъюнктурности – отечественное обществоведение у нас все еще слишком отсталое. Однако, в этой статье нас интересуют всего два взаимосвязанных аспекта «Записок…», которые, впрочем, интегрально важны для ткани произведения и проходят сквозь него красной нитью. Это нескрываемая антипатия к левым идеям, левой политике, левым партиям и левым лидерам – и в этой связи, убеждение, что власть, так или иначе, должна находиться в руках прагматиков, а не популистов, по меньшей мере, если речь идет о стране развивающейся. Лично автор считает эти предпосылки противоречивыми. СССР и левые – что же здесь общего? Безусловно, Леонид Кучма имеет право на свои симпатии и антипатии, как и каждый из сограждан. Однако, здесь есть некое базовое противоречие, которое не может не обратить на себя внимание. Разве актуальны в аспекте якобы поражения социализма – отсылки к советскому прошлому? Возможно, для тех, кто продолжает считать, что советский строй во всех его трансформациях и был продуктом, целью или следствием Октябрьской революции или международного марксистского движения вообще, такой вопрос и прозвучал необычно. Но для тех, кто интересуется как марксистской, классической и современной литературой, так и политической и экономической литературой либеральной традиции, никакой необычности в такой постановке вопроса уже нет. Позволим себе одну длинную цитату из восьмидесятых годов – с некоторыми сокращениями: «…сам Карл Маркс...характеризовал дешевизну содержания рабочей силы не как благодеяние для трудящегося, а как метод усиления его эксплуатации. В самом деле: разве потребительские товары в Советском Союзе дешевы? Нет. Весьма скаредные финансовые ведомства на Западе при определении сумм начисляемых командировочных денег справедливо отнесли СССР в разряд стран с наиболее высокой стоимостью жизни. Нет, в СССР дешевы не товары народного потребления, а товар "рабочая сила", потребляемый номенклатурой. Верно, что в СССР квартплата низка. Но неправильно было бы из этого делать вывод, что обычный советский гражданин имеет, как многие на Западе, квартиру размером 100 кв. метров, только платит за нее гроши. В СССР установлен максимум в 9-12 кв. метров на человека, жилплощадь сверх этого максимума оплачивается втройне. Специально оговорено, что жилплощадь предоставляется не в соответствии с этой нормой, а сплошь и рядом ниже нее. Верно, что в СССР дешев городской транспорт. Но зато автомашины объявлены предметом роскоши. Автомашина "Волга" стоит 16 000 рублей, а сопоставимый с ней "Фольксваген-Гольф" - 18 000 немецких марок. Значит, рабочий или служащий в ФРГ (их средний заработок 3 500 марок) может купить такую машину на свою зарплату менее чем за 5,5 месяца, а советский трудящийся - более чем за 5 лет работы. Так как люди не хотят есть макароны с хлебом и заедать картошкой, примерно 80% бюджета рядовой советской семьи уходит на продовольствие. В ФРГ человек тратит на питание 20- 25% своей зарплаты… Все материальные блага в СССР производятся трудящимися и только ими. Номенклатура, через свою государственную машину эти блага лишь распределяет, и смысл распределения в том, что класс номенклатуры отваливает львиную долю на свои потребности…» (Восленский, Михаил. Номенклатура – правящий класс Советского Союза. Впервые книга издана в Германии в 1980 г.). Михаил Восленский – не одиозный Суворов-Резун – а настоящий доктор исторических и философских наук, советский госслужащий весьма высокого ранга. После войны он работал на Нюрнбергском процессе, затем в Союзном контрольном совете по Германии (в Берлине), во Всемирном Совете Мира (в Праге и Вене), в 1955-1972 гг.-- в АН СССР старшим научным сотрудником, ученым секретарем комиссии по разоружению. С 1972 - в ФРГ. В 1976 году Восленский был лишен советского гражданства, а в августе 1990 года восстановлен в нем – реабилитирован. Восленский, по сути, наиболее фундаментально доказал, что СССР не имеет ничего общего, да и не мог иметь, в силу особенностей экономического развития Российской Империи, с европейскими социалистическими идеями. А в целом все поколение советских шестидесятников, интеллектуальная оппозиция – породила массу аналитической литературы, содержащей свидетельства такого рода. Обвинять левых и марксистское учение в упадке, нищете, слабоумии, коррумпированности и лицемерии высшего руководства СССР, приведших к самоликвидации государства – несправедливо и ненаучно. А ведь есть еще классический труд польского диссидента Анджея Валицкого «Марксизм и прыжок в царство свободы…». В общем, бесконечные ссылки на грезящих все отобрать, поделить, вернуть назад левых «популистов», которые довели до ручки СССР, и ничего до сих пор не поняли – далеки от объективности. В конце-то концов, в аспекте персоналий, те, кто председательствовал на «процессе капитуляции» того государства – преимущественно являются сегодня крупными буржуа, не правда ли? А была ли разгромлена при этом реформами 90-х годов захватившая власть и паразитировавшая десятилетиями номенклатура? Может быть, ее сменили богачи, как в ходе промышленной революции в Европе они сменили военное дворянство? Да, нет, не совсем – правящий класс СССР преимущественно просто переродился в крупную постсоветскую буржуазию, кооптировав при этом часть криминалитета и часть просто оборотистых молодых людей, вовремя предложивших свои услуги. Но причем тут социализм, левые партии, Карл Маркс, да и Ленин, в общем-то, нашедший в себе силу отступить от самодельных догм именно русского левого движения? В этой связи можно также вспомнить о классическом и пророческом первом произведении Ленина – «Развитие капитализма в России». Из него можно сделать лишь тот вывод, что, вопреки мотивам автора, капитализм в России был еще столь неразвит, что никак не мог послужить локомотивом для марксистской революции, о чем, собственно, задолго до этого писал и Карл Маркс. Кстати, как впоследствии оказалось, советские ответственные идеологи, также десятилетиями не выдававшие никаких марксистских идей, в то время как на Западе марксизм творчески развивался – подчистили, адаптировали произведения Маркса для советского читателя. Убрали из них, в частности, упоминания об «азиатском способе производства», который, по мнению некоторых исследователей (например, Милована Джиласа), по сути, и был реинкарнирован сталинистским режимом в СССР после разгрома в начале тридцатых годов левой (космополитической) и правой (пробуржуазной) оппозиции. В 70-х годах за изучение Маркса даже в открытых источниках могли посадить в тюрьму Левые, реформы и демократия В свое время, а именно после того, как стали очевидны кампании террора в сталинском СССР, от советского пути открестилась, в частности, итальянская компартия. Ну, и что же? Она до сих пор является одной из доминирующих партий Италии, с многомиллионным членством, без нее невозможна никакая левая коалиция. А премьер Испании, скорее товарищ, чем «господин» Запатеро – из славной династии левых политических деятелей, боровшихся против фашистского режима. К нынешнему благоденствию эти страны, ставшей приютом для сотен тысяч и миллионов не выдержавших реформ украинцев – вели и левые правительства. А чьих рук дело европейская интеграция? Де Голля, Тэтчер, что ли? Их бы воля – ЕС бы уже не было. Польшу в ЕС привели эсдеки – симптоматично, что нынешняя Польша, руководимая правыми экстремистами, стала больным человеком Европы…Ради объективности отметим, что в одной из глав Леонид Кучма замечает – эх, были бы у нас такие эсдеки, как в европейских странах! В общем, местные левые – неправильные, популисты, отставшие от времени люди, чуть было не угробившие Украину несколько раз подряд, и если бы не рука Провидения…ну, или решительность главы государства, то стоять нам в очередях за одинаковыми серыми робами, выдаваемыми по карточкам с личной росписью членов ЦК во главе с «антирыночным демоном» Морозом. Это утрирование приведено с целью рельефной демонстрации того, как, скажем так, озабоченность некими высшими целями (такими, как вынесенная в приоритет необходимость реформ) приводит сначала к тому, что политик не мыслит себя в отрыве от государственной власти, как института, а впоследствии – к демонизации политических оппонентов. Наконец, все это выражается представлением о моменте сложения полномочий, как о политическом землетрясении, разрушающем все построенное за длительный период времени. Частично Леониду Кучме удалось избежать этого синдрома – в 2004 году он иронизировал, говоря «Я хочу посмотреть на Украину без Кучмы», а после событий компромиссно констатировал, что оппозиция победила, вот и все, что, собственно, произошло. Но в книге проявления вышеописанного синдрома достаточно красноречивы. На взгляд автора, если отбросить разнообразную суету политической и экономической конкуренции 90-х, то проведение рыночных реформ сверху, с помощью государственной машины было столь же ошибочным, как и попытка построения социально равноправного общества с помощью той же государственной машины – причем той весьма специфической машины, которая столетиями правила народами востока Европы и севера Азии… В 90-х годах популисты приходили к власти в Болгарии и Румынии, в несколько иной форме – в Словакии. Да, был крах иллюзий – попытка просто вернуть государственный контроль над экономикой могла привести только к коллапсу. Но реальность всегда требует преобразований – благополучные страны тоже перманентно что-то реформируют, и часто неудачно, ту же железную дорогу в Германии пытались сделать прибыльной дюжину раз, прежде чем она такой стала. Но важно другое. Итак, левые пришли к власти, последовал кризис, избиратель набил шишку, избранники тоже. Пришлось адаптироваться, меняться, умнеть, учиться новым правилам игры, разрабатываемым уже с учетом глобализации экономических отношений, например. Это демократия. И впутывать ее в пакет с рыночными реформами, вообще любой экономической политикой – не только излишне, но и ведет к дефициту доверия общества к власти, который в эпоху правления Леонида Кучмы стал патологическим. Разумеется, в нашей реальности очень тяжело разграничить демократизацию и рыночные реформы, хотя бы их обсуждение – они вынужденно проводились синхронно. Откровенно говоря, мы примитивно импортировали их из западного мира, и к сожалению – в пакете. Так решил, вероятно, Михаил Горбачев и его окружение. И что мы теперь имеем? Может быть, хотя бы латиноамериканскую банановую республику? Если бы… Ради чего же сдерживали левых? Как писал в культовом романе «Поколение П» Виктор Пелевин – непонятно, зачем было разрушать империю зла, чтобы построить на ее месте банановую республику зла, которая импортирует бананы из Финляндии. Итак, после многих лет реформ, вместо слагающих пресловутое гражданское общество общественных организаций – имеем наемных политических провокаторов. Общественного телевидения как не было, так и нет, собственники каналов настолько оскорбительно манипулируют общественным мнением, что это чуждо любому государству из числа наших соседей – даже наше единственное на этом поприще завоевание, плюрализм 2004-06 гг., начал куда-то исчезать. Вместо партий – социокультурные группировки, вроде ирландских католиков и протестантов. На примере «Яблока» феномен постсоветских партий в относительно свободных странах весьма убедительно разъясняет Сергей Черняховский в исследовании «Яблоко» и его системные роли». Так что в этом смысле, несмотря на современную риторику и антураж, мы находимся на уровне, в лучшем случае, Англии 17-го века. Вместо парламента – совет крупных держателей акций, вместо правительства – совет директоров производственного объекта под названием Украина, распределитель преференций для перерождавшегося трижды на протяжении двадцатого века феодального класса, мимикрирующего теперь под западную буржуазию. Только не одной они крови – чем они-то рисковали, получая от родича или начальника жирный кусок преференций или собственности на кормление? Особенно ничем. На троне – слабый, и поэтому наиболее подходящий, «немножко правящий» монарх, вроде Бориса Годунова или Василия Шуйского в смутные времена. Огромный вес при дворе имеют не только бояре-олигархи, но и иностранцы, рассматривающие Украину как полуварварское образование, прилегающее к их границам. Сгущение красок? Никак нет – цивилизованное общество определяется по размеру пространства свободы каждого его участника. С элитой – понятно, она в той или иной форме владеет всем коммерческим недвижимым имуществом и другими активами, а тем, что формально не приватизировано – владеет через приватизированное государство. А что имеет народ в нашей стране? Что же он получил от реформ? Свободу, естественно. Только немного специфическую, как и само наше государство. Украинцы – очень свободные люди. Они свободно платят монополисту за безумно дорогие и некачественные коммунальные услуги. Они свободно существуют в теневой экономике – поскольку создана ненормальная система налогообложения заработной платы. Они свободно платят огромные суммы взяток, чтобы дети отучились пять лет в вузе – всегда поражает то ли наивность, то ли какая-то извращенность наших чиновников, которые говорят «раз нет сигналов – нет и коррупции». Коррупция – давно мера вещей, это и не коррупция даже, а просто реальная стоимость образования. Причем – это очень высокая стоимость очень плохого образования, потому что в вузах теперь преподают преимущественно мракобесы, заражающие молодые умы нацистскими взглядами. Да и просто во многом некомпетентные господа, не нашедшие себе никакой работы, кроме этой. Про здравоохранение не будем – каждый знает, что если нет хороших знакомых или «деловых партнеров», связанных с местной системой здравоохранения, то…лучше дома лежать. Это тоже, по сути, не коррупция – просто вот столько все стоит, и точка. Опять же – очень дорогая плата за сякую-такую медицинскую помощь. Правоохранительные органы в Украине – это опричнина, правда, более продвинутая чем при Грозном, она у нас опричнина рыночная. И подслушают кого угодно за деньги, и подставят, да просто побьют-попугают. Такая, в общем, братия – как наемные армии в Европе 17-го века. Так что все это мельтешение на уровне телевизионной политики, все эти лозунги, прения, инициативы, программы реформ, уличения в стодолларовой взятке, 51% госзаказа в образовании и т.д. – все это профанация. У совершеннолетнего украинца низкого и даже среднего достатка – перед глазами пять углов: стать бандитом (правда, старо, теперь стреляют у нас больше судебными решениями, слава Богу); вором (в самых разных формах в воров «реформы» превратили всех граждан Украины, увы – но есть продвинутые методы, воровство «в промышленных масштабах»); все больше и больше работать и гробить здоровье; уехать на заработки; умереть. Аналогия – опять же Европа 17-го века. Произвол сеньоров (у нас они убивают людей на дорогах, и ничего им за это никогда не бывает), а от обдирания на каждом шагу ремесленники, крестьяне и торговые люди спасаются в «тени» или эмигрируют в манящую малозаселенную Америку, полную сказочных богатств…У нас сегодня – в ЕС. И в Россию, где, несмотря на ряд моментов, хотя бы есть порядок, и начался процесс восстановления национального достоинства. Старую имперскую инфраструктуру украинские «ясновельможности» уже добивают – столько аварий на железной дороге все-таки раньше не было…К этой инфраструктуре относится и наука, и образование, и военная промышленность. Но зачем это все правящему классу феодалов, занявших свое место в мировой иерархии благодаря «нажитому нетрудовым путем», авторитарному управлению рассыпавшимся народом, и регулярно обновляемому в Вашингтоне, столице самой сильной нынешней империи, «ярлыку на царство»? Ведь мы экспортируем на мировой рынок в лучшем случае полуфабрикат. Сырье и продовольствие считать не будем – это слегка смешно в 21 веке, слишком уж много на этом сегменте стран толкается. Поэтому интересна Украина пока что лишь своим транзитом, возможностью выхода на соседний российский рынок и наоборот, освоением многомиллиардного потока гастарбайтерских денег (из-за чего так быстро и развивается современный торговый сектор!). И, естественно, своим военно-стратегическим значением. Вот за что и воюют на нашей территории старые и молодые империи, шпыняя туда-сюда туземных феодалов, разрешая им за это мнить себя кем-то чуть больше чем разбойниками в первом поколении…Вот где мы есть в 2007 году от Р.Х., на шестнадцатом году независимости. Эпилог Виноват ли в этом Кучма – автор остроумных и глубоких «Записок», осуждающий популистов и противопоставляющий им «крепкого хозяйственника» и таким образом отказывающий в доверии демократии? Вопрос сложный. Президентская республика при Кучме начала эволюционировать в сторону парламентаризма параллельно возрастанию роли крупной буржуазии, начавшей потихоньку отрываться от феодальных родственников-бюрократов, но продолжающей управлять своим бизнесом и системами влияния, которые вокруг него складываются - феодальными методами. Распад СССР снес лишь краешек верхушки того айсберга, который довлел и довлеет над огромными территориями и народными массами – реальной власти номенклатурного класса, при монархии бывшего военным дворянством, а при Грозном - опричниной. Чем бы ни была советская модель – но уж точно не социализмом – кризис в ней начался еще в конце 60-х, и Кучма здесь точно не причем. Леонид Кучма стал первым постсоветским политиком, выигравшим выборы против действовавшей власти, участвовавшей в выборах. Сам этот факт предвосхитил, пусть со скрипом, гигантской инерцией, катастрофическим тормозным путем, но развитие Украины в сторону капитализма и демократии. Однако, это не только чрезвычайно хрупкий, но и двойственный факт, чему свидетельством – президентские выборы 99 года. Капитализм и диктатура в мировой истории оказались совместимыми на протяжении долгих периодов времени. На протяжении президентства Кучмы реальной властью, как бы он не отрицал это в «Записках…» обладал все же именно он. Это давало ему возможность, по сути, игнорировать результаты парламентских выборов, неизменно отдававших пальму первенства оппозиции. Да, ее приход к власти остановил или разрушил бы политику реформ, что и произошло в 2005 году. Но многие посткоммунистические страны прошли через этот опыт – и сегодня выглядят гораздо здоровее, нежели Украина. На основе украинского опыта можно составить тот вывод, что демократия, во-первых, все же важнее экономической политики, а во-вторых – если столько лет не отдавать власти левым, «распределителям» накопленного, то впоследствии прорвет так, что мало не покажется, что и произошло зимой 2004 года и воплотилось в политике правительства Тимошенко. Так что в этом отношении Леонид Кучма, думается, сделал ошибку. Создать демократию сверху невозможно, демократия предполагает покорность воле народа. Наконец, капитализм и нищета, неграмотность, аморальность, периферийность общества и государства на мировой арене – вполне совместимы на Украине на протяжении целых веков. Хотим ли мы этого? Должны ли мы смириться с этим? Не без участия Леонида Кучмы появившийся на украинской политической и экономической арене реальный средний класс (мелкие собственники, а не наемные «менеджеры по продажам»), узнавший, что такое цивилизованный, социал-демократический по своей сути и форме европейский капитализм украинский гастарбайтер – уже достаточно четко осознают свои интересы. Правда, не всегда умеют их четко артикулировать, идут на поводу у нечистоплотных политических авантюристов, которыми засорена наша политическая жизнь. Но начало конца эпохи феодального и полуфеодального засилья – не за горами. И если мы перестанем бороться с ветряными мельницами, вроде «советского прошлого» или «неготового народа» то у нас может появиться шанс все же не остаться в третьем мире навсегда."
|
|
|
|
5 февраля 2008 20:15
|
Кучма за нейтральный статус Украины
|
|
Кучма за нейтральный статус Украины 
DELFI, Украинские новости
5 февраля 2008 19:30
Укринформ
Бывший президентом в 1994-1995 годах Леонид Кучма выступает за нейтральный статус Украины. Как он отметил в интервью газете "Столичные новости", что выступает за активное сотрудничество с НАТО, но решение о членстве в этой организации должно приниматься всем народом на референдуме.
"Я бы лично голосовал против", - сказал он. Кучма отметил, что такое его мнение обусловлено логикой первенства внутренней политики над внешней.
Также Кучма выступает за введение двухпалатного парламента. Он напомнил, что ранее выступал с инициативой проведения политреформы, которая бы предусматривала создание коалиционного правительства и двухпалатного парламента.
"Жизнь сегодня, по-моему, убедила каждого здравомыслящего политика в том, что и в этом вопросе Кучма оказался прав, пройдет время, и украинский парламент будет обязательно двухпалатным", - считает он.
При этом экс-президент выступает за полномасштабное сотрудничество с Россией в рамках Единого экономического пространства. Кучма убежден - чем быстрее Украина поймет необходимость такого сотрудничества, тем лучше будет для нее. "Иначе останемся в рамках индустриально-аграрной периферии", - считает он.
Кучма отмечает, что в принципиальном плане он является сторонником вхождения Украины в ЕС, но в Европу надо прийти, решив 3 базовые задачи: создать дееспособное государство, конкурентоспособную экономику, сформировавшуюся нацию и идентичность.
По мнению Кучмы, европейская интеграция предполагает не только активную западную, но и восточную политику, в частности, всестороннее углубление сотрудничества с Россией. "Отделенная от России "китайской стеной" Украина неинтересна для ЕС", - считает Кучма. Он также отмечает, что в его понимании Украине сейчас не приблизилась, а, наоборот, отдалилась от ЕС.
Украинские новости
Эта страница распечатана с портала www.DELFI.ua
Адрес http://www.delfi.ua/archive/article.php?id=134850
|
|
|
